“Нет, послушайте, господа, знаете ли, как мне представляется этот темный безвестный Туркестанского батальона солдат? Да ведь это, так сказать, – эмблема России, всей России, всей нашей народной России, подлинный образ ее, вот той самой Россия, в которой циники и премудрые наши отрицают теперь великий дух и всякую возможность подъема и проявления великой мысли и великого чувства.”
Ф.М.Достоевский.
ИХ ПЫТАЛИ СТО ДНЕЙ
В армию Женю Родионова призвали в 1995 году. «Косить» не стал, посчитав это недостойным. Наоборот, гордился тем, что наденет военную форму. Попал в Погранвойска: сначала учебка под Калининградом, затем застава на границе Ингушетии и Чечни.
В тот день на посту их было четверо: Андрей Трусов, Игорь Яковлев, Александр Железнов и он, Родионов. Не нюхавшие пороху «салаги» из учебки. Их импровизированный КПП язык назвать блокпостом не поворачивался. В этой будке едва можно было спрятаться от дождя и снега, не то что от пули. Даже шлагбаума не поставили. Голое поле, дорога и триста метров до их лагеря…
Старенькая «Скорая помощь» показалась им подозрительной еще издалека: кралась с чеченской территории, словно вор. Решили – нужно остановить. Авто было под завязку набито оружием, его лично вез в Ингушетию бригадный генерал Руслан Хайхороев. Схватка была короткой: десяток дюжих боевиков против вчерашних мальчишек. Их просто забили прикладами, скрутили и увезли в Чечню. Они звали на подмогу – куда там. В части в это время шел «гудеж» – праздновали День святого Валентина. Спохватились «влюбленные» военачальники лишь через несколько часов, но шума решили не поднимать. Понимали, видимо, что сами виноваты.
Через три дня родители ребят получили телеграммы: «Ваш сын покинул часть…» Всех четверых командование обвинило в дезертирстве. В Нальчике на них завели уголовное дело. А чтобы добить, видимо, окончательно, еще и заявились в дома солдат с обысками. Уходя, стражи порядка предупредили мать Родионова: «Как появится сын, сразу веди к нам, нечего беглецов укрывать». Любовь Васильевна, конечно, поплакала, но в предательство сына не поверила. Засобиралась в Чечню: искать Женю. А ребят все это время пытали – сто дней.
ПРИМЕШЬ ИСЛАМ-БУДЕШЬ ЖИТЬ!
Вальяжный полковник из комиссии по розыску военнопленных заявит Родионовой: «Найди себе боевика, стань его любовницей, и он быстро поможет найти сына, а за так кто будет искать?» Ее чеченский марафон длился девять месяцев. Как осталась жива, ведомо, наверное, одному Богу. Жила то у федералов, то у «чехов». Охранной грамотой у чеченцев служила снятая на «Полароид» фотография Родионовой рядом с Хаттабом – жила некоторое время в лагере главного «казначея» боевиков. Тот вообще-то не любил сниматься рядом с женщинами, но для Родионовой сделал исключение.
Она опоздала. Женьку убили 23 мая – в день его 19-летия. Убили жутко, по-варварски. Боевик отрезал ему голову: только в таком случае, по дикому поверью, враг не явится потом за тобой. Остальных просто расстреляли. Родионов мог спастись. Хайхороев не раз намекал ему: «Хочешь жить, прими «истинную веру», стань защитником «свободной Ичкерии». Некоторые ломались. Женька снять крест отказался: когда-то он собственноручно отлил его и никогда не расставался с ним. Трупы сбросили в воронку от авиабомбы и засыпали землей на скорую руку.
Даже за мертвого Женьку и его ребят Хайхороев потребовал денег – 4 тысячи долларов. Женщине пришлось заложить свою квартиру в Курилове. Посредник вывел ее на место и сказал: «Ищи». Это была огромная поляна: сто на сто метров. Копали ночью. На захоронение наткнулись уже ближе к утру. Среди костей был блестящий в свете фонарика крест с маленькими пятнами крови. Женькин крестик.
Отец Евгения Родионова умер через четыре дня после похорон сына: не выдержало сердце. Любовь Васильевна выкупила квартиру, поставила крест на могиле сына: мир оказался не без добрых людей. Посмертно рядового Родионова наградили орденом Мужества. На его могиле теперь почти все время горит лампадка, и сюда идут и идут люди. Приезжают специально из самых удаленных уголков России, из других стран поклониться русскому солдату, не предавшему ни родины, ни веры. Некоторые чеченские ветераны в знак уважения оставляют у могилы свои медали. Люди, попавшие в беду, пишут записки, прося его о заступничестве.
Легенда о нем дошла даже до Югославии: сербские солдаты и русские добровольцы просили заступничества у святого Евгения под натовскими бомбежками. Появились Женины иконы, правда, пока неофициальные. На всех он – с нимбом над головой, как традиционный святой. Через три года на том самом месте, где были захвачены в плен наши солдаты, ингушские милиционеры застрелили младшего брата Хайхороева, а скоро нашел свою смерть и сам Руслан. Его убили свои же.
***
Нательный крестик Евгения Родионова передан матерью в храм святителя Николая в Пыжах и хранится в Алтаре. А на кресте, установленном над могилой, – надпись:
«Здесь лежит русский солдат Евгений Родионов, защищавший Отечество и не отрекшийся от Христа, казненный под Бамутом 23 мая 1996 года»
Сюда идут, и идут люди.
Я от всей Души благодарю людей, которые помогают мне в моем деле!
Всех тех, кому не чужды беды солдат, потерявших здоровье на службе Отечеству…
Думаю, что многие из Вас даже не представляют сколько рядом с нами живет молодых ребят, мужчин, искачеченных войной… подчас брошенных и никому не нужных. Они нуждаются в нашей с Вами посильной помощи.
Те, кому не безразличны эти Судбьбы, могут связаться со мной посредством этой страницы или адресу: wolfnomads@mail.ru
Здоровья Вам всем, Терпения и Веры!
