ВЗГЛЯД ВОЛКА » Православные Байкеры 2.0

kolonna_putinu

Православные Байкеры

Дорога, у одного ровная и гладкая, у другого – тернистая, извилистая тропа, у третьего – изобилует ямами и ухабами, у четвертого –  взлетная полоса.  Объединяет всех одна общая идея  пути, бесконечного, но в то же время осознанного, направленного движения, связанного с познанием природы, смысла и сути вещей, приближения к Богу, исполнения чувства любви и радостной благодати  от общения с близкими, друзьями, просто другими людьми, с кем сводят нас обстоятельства.

Именно дорога – лучшая метафора человеческой жизни.   И к счастью, на ней он не одинок. Всегда найдутся единомышленники, попутчики, соратники – для которых есть общие цели и знаки. Мы сами по себе – часть большой общей Дороги, причем, одновременно строители-дорожники, прокладывающие новые свои пути, путешественники, осознанно идущие по своему пути, водители – ведущие за собой и помогающие другим найти свой путь.

Большая дорога, великое общество, сильное, могучее и справедливое государство строятся не один год, а в некоторых случаях – и не один век. И что-то говорит, что мы только  в самом начале большого Пути, становления российского супер-этноса, высшего звена исторической эволюции нации, объединяющего и созидающего, предлагающего простор для творчества и познания, мирного труда и реализации потенциала каждого человека, каждой группы людей, каждой нации-учредителя.

Наше прошлое –  величественное и вдохновляющее, наше настоящее – сосредоточенное и напряженное, наше будущее – прекрасное и радостное. Мы – мост между прошлым, настоящим и будущим, связующее звено, посредник, миротворец и объединитель,  идущий по Дороге

В современных условиях именно гражданское общество, идущее осознанным, самостоятельным путем по общей дороге  оно является залогом конкурентоспособных позиций страны, условием выживания,  сохранения и благоприятного развития  всех этносов, связавших истерически свою судьбу с Россией.

Разумеется «строительство» гражданского общества чревато определенными трудностями. Проблема первая – где взять модели? Проблема вторая – откуда возникнут эффективные структуры этого общества?

В первом случае мы можем искать исторические аналогии традиции вплоть до Новгородской феодальной республики и «вечевой демократии», или даже ранее – в догосударственный период «племенной демократии», где вся власть имела непосредственную социальную базу в виде собрания всех взрослых племени.

Элементы развитой (относительно своего исторического периода) демократии, удачных и перспективных политических и социальных решений, связанных с «народной инициативой»,  мы найдем в истории России практически во все периоды, особенно в Смутное время, когда «специалист органа местного самоуправления», староста Кузьма Минин и «отставной полковник органов безопасности» Дмитрий Пожарский собрали народное ополчение. Однако пока все эти элементы пока не связаны в единую цепь преемственности.

Естественно, есть и другой вариант – напрямую копировать  идеи, модели и структуры из-за рубежа. Но здесь сразу возникают трудности. Во-первых, чего хорошего может посоветовать твой геополитический конкурент?  Во-вторых, тот, чье кино, мультфильмы смотрит зритель, чьи песни поет молодежь, чьи книги читает зрелое население обладает монопольным правом на трактовку исторических событий и на разработку вариантов будущего … за других.

И не обернется ли формальное копирование чужих стандартов всего лишь имитацией бурной деятельности? «поеданием грантов», «освоением бюджета»?

«Симулякры», пустышки, прикрытые громкими лозунгами будут впустую проедать общественные ресурсы, создавая шумиху и иллюзию порядка, невротизируя массы и уничтожая волю, стремление к жизни, само желание жить.

Угроза последнего существует, тем более оценить эффективность создаваемых в настоящее время структур гражданского общества объективно и беспристрастно можно только методом исторического сравнения и сопоставления, через пару десятков лет, как минимум.

Таким образом, мы не можем опираться только на собственную историю, но и не можем рабски копировать чужеродные подходы и модели. Необходим великий синтез – российской и западной традиции социально-политической традиции, простора, свободы и воли Востока. В конце концов, у России – одна история не для «красных», не для «белых», не для «зеленых» или каких-либо еще «цветных», общее настоящее и будущее.

Просто так создать «эффективную структуру» невозможно. Ни путем копирования, ни путем искусственного компилирования из того, что есть. Этот тезис подтвердит любой  специалист по теории управления.

Сначала нужен  «локальный участок пути», конкретный проект, в данном случае – некоторое осознанное действие, имеющее определенный результат, ограниченный во времени.

Проект может быть удачным или нет – здесь есть всегда определенная доля риска. Но удачный проект впоследствии может стать не просто структурой, а системой – самоподдерживающейся, самодостаточной и саморазвивающейся.

Как определить стадию превращения «проекта в структуру»? Очень просто достаточно  прекратить (постепенно, этапами) внешнюю подкачку ресурсов. Если после определенного кризисного периода деятельность продолжилась, значит перед нами достаточно эффективная, гибкая структура. Если деньги закончились и – «всем спасибо, все свободны», значит, проект остался проектом.

Только государственная, формальная  поддержка структур гражданского общества всегда приводила к созданию «стерильных условий», финансированию их имитационной деятельности по откатно-распилочному принципу, формированию наследственных каст «грантопожирателей», уничтожающих и убивающих любые формы социальной мобильности и прогресса.   Эта ситуация справедлива и для США, и для Европы в том числе.

Более эффективна поддержка гражданского общества  частными организациями. Однако в случае с Россией оказалось, что те самые «демократические»  структуры  финансируют «геополитические конкуренты». Где же выход?

Неформальная практика и традиция общественной деятельности в позднем СССР и России может подсказать нужное направление.

Но вначале определим существенные черты этой деятельности, актуальные для современного исторического периода развития России, позволяющие говорить о его жизнеспособности и развитии.

Деятельность должна охватывать неформальную часть российского общества, отражать, позитивные ценности ряда субкультур: стремление к свободе, братству, познанию, справедливости, товарищеские отношения, дружба между людьми разных культур и национальностей.

Совместная работа будет способствовать консолидации и укреплению социальной солидарности участников, распространению позитивных ценностей. В то же самое время эти ценности должны подчеркивать единство России с общей европейской цивилизацией, отражать непосредственное влияние культур и включенность в общий культурно-исторический контекст.

Деятельность должна предполагать общие идеи,  ценности, свойственные для традиционных религий Российской Федерации. В то же время должно доминировать стремление следовать традициям своего народа,.

Действие по необходимости должно обладать высокой энергетикой, здоровой агрессивностью, его участники – должны быть достаточно мобильными и энергичными сами по себе. Социальная платформа движения должна быть достаточно широкой, помимо молодежи, включать в себя людей разных поколений, выходцев из разных социальных слоев.

Все участники в рамках данной деятельности  должны приобщаться к полезному труду (преимущественно технической, конструкторской направленности), здоровому образу жизни, семейным ценностям.

Отчасти данной модели соответствуют «виртуальные сообщества» компьютерных игроков, но с ними возникает проблема в отношении «здорового образа жизни» и «семейных ценностей». Другая возможность – военно-патриотические или спортивные организации. Однако первые не приемлют иностранных, нероссийских установок и идей в принципе. Вторые, особенно, если это восточные единоборства, как раз уделяют этим идеям большее внимание. Гораздо проще в данном случае возродить ДОСАФФ,  или ввести систему ГТО, как показывает практика.

В большей мере данной модели соответствую ролевики-реконструкторы: есть и техническая направленность, и социальные сети, ведется здоровый образ жизни, присутствуют энергия и социальная солидарность и историко-идеологический подтекст. Однако рыцарская романтика все так же ищет свой идеал в прошлом, а не в будущем. Движение ролевиков – это способ «бегства от реальности» в начале XXI века, по аналогии с тем, что XX век был «бегством от свободы»

Нужна более современная основа, отражающая трудную историю и проделанный Россией нелегкий исторический путь, имеющая нацеленность в будущее. Тут и возникает, точнее, выезжает на арену  Рыцарь дороги и Герой асфальта, порождение постиндустриального общества, олицетворяющее тот самый синтез традиций и инноваций – «православный байкер».

Надо отметить, что в России современные байкеры – это уже не те 15-20 летние «рокеры», в 80-ые годы бывшие грозой старушек и головной болью милиционеров. Остепенившиеся люди, обзаведшиеся детьми, имеющие свое дело, которые все еще остаются верны идеалам свободы, братства. Люди, в которых еще жив пассионарный запал рубежа 80-90-ых годов и одновременно присутствует внутреннее желание порядка в душе, внутренняя воля к порядку.

Уникальность ниши «православных байкеров» определяется тем, что все современные политические, предвыборные игры, принадлежность к той или иной партии, им глубоко перпендикулярны. Современная политика, проводимая западом,  и ее официальные и неофициальные практики для них однозначное зло, порождение Мировой Попсы©.

Принадлежность к общей западной культуре очевидна – не стоит забывать, где и как возникло байкерское движение. Такая культурная традиция означает возможность диалога – современное «зрелое» поколение политической элиты Запада как раз сформировалась под воздействием событий конца 60-ых и вполне возможна «Дорожная дипломатия»

Преемственность российских традиций, обуславливается, прежде всего, Православием. Причем, если в отношении официальной церкви возможна дискуссия между мессианским и консервативным крылом, споры о тех самых «традициях» и «инновациях» в церкви, то формат «православных байкеров», мирян со всеми их мирскими тяготами и заботами исключает возможность теологической дискуссии. Вера она или есть или ее нет. Все оказывается просто и ясно. Человек соответствует определенным критериям – или нет. Без принуждения, без увещевания. Тезисы о здоровой агрессии, повышенной энергетике, мобильности, сетевой структуре, равно как и о стремлении к техническому труду (работа с авто и мототехникой, «железом») так же находят свое выражение в данном феномене российского ГО.

Если проанализировать историю создания байкерских организаций в России, то помимо бурного прошлого конца 80-ых, эпохи протеста против Системы, необходимо отметить два немаловажных фактора. Их создание осуществлялось за счет желания и энтузиазма участников, без ощутимого участия официальных структур, не говоря уже о возможных «грантодателях со стороны». Иными словами, перед нами единственный «нескомпрометированный» сотрудничеством с антагонистами  российского гражданского общества самостоятельный и самодостаточный элемент, претендующий на осуществление того самого культурно-исторического синтеза в России, наведения порядка в умах и основа для построения идеологии нового типа.

Традиции паломничества, передвижничества, странничества – очень древние на Руси. Поскольку только в дороге, только в подвиге, в преодолении самого себя, человек обретает смысл жизни, свободу, единение с самим собой и миром, подлинность и искренность в чувствах. Только в отказе от мирской суеты, соблазнов цивилизации, идолов Мировой Попсы©, «пилигримы XXI века», моторизированные «калики перехожие» могут находить себя. Искренне верующим становится человек, прошедший все тяготы жизненного пути, не сломавшийся, но преодолевший свои страсти, поднявшийся над серой повседневностью постиндустриального бытия.

Байкерское движение в наши дни может выступать в качестве преемника гоголевского запорожского казачества, бывшего на рубеже 15-17 веков ощутимой социальной и политической силой. Естественно, казачество было силой «внесистемной», имело протестный вид. Но, с другой стороны, рок – это тоже форма социо-культурного протеста. Протест против Системы, приобретая институциональные формы, сам становится… системообразущим. Только таким путем, преодолевая противоречия (прямо скажем, «диалектические противоречия») между традицией, преемственностью и инновацией, развитием, ГО может выжить в России.

Глобализация – самый серьезный вызов, стоящий перед традиционным обществом, его патриархальными структурами, религиозными убеждениями, вызов, способный уничтожить общество и его ценности, заменить их другими, привести на данный ареал, территорию, другие народы, обладающие большей пассионарностью и способностью к приспособлению. Ему необходим адекватный и современный, ассиметричный ответ.

Антон Дождиков